Сказка про Джонни Горожанина - Авафка
  • Сказка про Джонни Горожанина


    Вам когда-нибудь казалось, что трава всегда зеленее у соседа в саду? Ну, Джонни Горожанин и мышонок Вилли задумались об этом. Один из них был городским мышонком, а другой — деревенским, и когда Вилли оказывается в городе, а Джонни в деревне, они вскоре обнаруживают, что были намного счастливее там, где жили с самого начала!

    Вы бы предпочли жить как Джонни Горожанин или Вилли?


     

    Деревенский мышонок Вилли попал в город совершенно случайно. А дело было вот как. Раз в неделю садовник укладывал овощи в плетёную корзину и оставлял у ворот. Потом за ней приезжала двуколка.

    Однажды Вилли пробрался в корзину между прутьями, налопался зелёного гороху и крепко заснул.

    Он проснулся в испуге: корзину качнуло, её подняли и поставили на двуколку. Повозка дёрнулась, цокнули копыта — и остановилась.

    В повозку побросали тяжёлые свёртки, тюки и узлы. Двуколка тронулась и покатила — трюх-трюх-трюх, миля за милей, перетряхивая баклажаны и огурцы, среди которых дрожал от страха Вилли.
    Наконец двуколка остановилась, корзину отнесли в дом и поставили на пол. Повариха дала вознице монетку в шесть пенсов, захлопнула дверь, и двуколка укатилась, грохоча по мостовой.

    Но тишина всё не наступала: за окнами стучали колёса экипажей, лаяли собаки, кричали мальчишки, хохотала повариха, вверх-вниз по лестнице топала служанка и, как паровоз, свистела канарейка.
    Городской шум до смерти напугал Вилли, привыкшего к тишине в деревенском саду.
    А повариха откинула крышку корзины и принялась доставать из неё овощи.

    Тут Вилли и выпрыгнул наружу.
    — Мышь! — взвизгнула повариха. — Кошку сюда! Кочергу! Сара, тащи кочергу!

    Вилли не стал дожидаться, когда появится Сара с кочергой, и бросился бежать вдоль стены. Он сразу же нашёл щёлку, юркнул в неё и провалился куда-то вниз.
    Пролетев с пол фута, он плюхнулся прямо на праздничный стол, накрытый для званого обеда, и разбил три рюмки. За столом — во фраках, при белых галстуках — сидели мыши.

    — Это ещё кто такой? — возмутился Джонни Горожанин. Но он быстро узнал земляка — оба были с одной фермы, только Вилли родился в саду, а Джонни Горожанин — на кухне, в шкафу.
    Джонни церемонно представил своего друга из деревни девяти уважаемым гостям с длинными хвостами. К сожалению, у деревенского мышонка хвостик был несолидный. Джонни Горожанин и его друзья сразу же это подметили. 

    Но они были слишком хорошо воспитаны, чтобы делать кому-то замечания. Впрочем, один из гостей все же спросил, не случалось ли Вилли побывать в мышеловке.
     Обед состоял из восьми блюд. Ничего такого-эдакого не подавалось, но он был по-настоящему изысканный.

    Вилли впервые видел все эти блюда и потому боялся к ним даже прикоснуться. Но ему очень хотелось есть и очень хотелось держаться, как принято в обществе. Непрерывный шум сверху так тревожил Вилли, что он нечаянно уронил тарелку на пол.
    — Не беспокойся, это не наши тарелки, — сказал Джонни Горожанин, когда Вилли кинулся собирать осколки. — Скоро принесут десерт, — пригубив вина, добавил он. — Что-то наши мальчики задерживаются.

    И немудрено! Всякий раз после подачи очередного блюда мышата-официанты мчались наверх, на кухню, и устраивали там весёлую беготню. То и дело они с хохотом и визгом скатывались вниз по лестнице. С ужасом Вилли узнал что там, наверху, за ними гоняется кошка.
    Ему стало дурно, и у него совсем пропал аппетит.

    — Отведай желе, — заботливо предложил Джонни Горожанин.— Мне больше ничего не хочется, спасибо, — вяло поблагодарил Вилли.
    — Нет? Может, тебе прилечь? Я готов предложить тебе самую лучшую постель — исключительно для дорогих гостей — в диванной подушке. Там есть дырочка, чтобы забраться внутрь. К сожалению, от дивана несло кошкой, и Вилли предпочёл провести тревожную ночь в камине, спрятавшись за решёткой.
    Следующий день был во многом похож на первый.  Был подан завтрак — великолепный завтрак для мышей, которые привыкли завтракать беконом. Но Вилли с детства питался одними корешками и салатом.

    Весь день Джонни Горожанин и его друзья шумно веселились за плинтусом, а вечером бесстрашно вышли из подполья. Когда служанка Сара их увидела, она оступилась на лестнице и уронила поднос. Чашки, ложки, чайник и сахарница со звоном полетели на ступеньки. И, забыв про свой страх перед кошкой, мыши кинулись подбирать крошки, сахар и джем.
    Всё было так непривычно, что Вилли мечтал снова оказаться дома, на солнечном пригорке, в тишине и покое. Городской шум не давал ему спать, еда не шла впрок. За несколько дней он исхудал и осунулся.

    — Что-то ты неважно выглядишь, — заметил Джонни Горожанин и стал допытываться почему. А потом спросил про деревенский сад: — По-моему, там довольно скучно. Что ты делаешь, когда идёт дождь?
    — Когда идёт дождь, сижу в песчаной норке и грызу пшеничные зёрна из осенних запасов.

    А выглянешь — по лужайке прыгают дрозды, вороны и мой друг дрозд Робин. Но какая красота, когда снова выходит солнце!

    Я очень люблю наш сад и цветы — розы, гвоздики, анютины глазки.» И никто там не шумит, только поют птицы и жужжат пчёлы, а на лугу пасутся овечки.
    — Кошка идёт! — воскликнул Джонни Горожанин. Они быстро спрятались в угольном ящике и продолжили разговор.

    — Признаться, я несколько разочарован, Вилли, — сказал Горожанин. — Мы изо всех сил старались тебя развлечь.
    — Большое спасибо, Джонни, вы все были очень добры ко мне. Но я чувствую себя здесь прескверно.
    — Должно быть, твои зубы и желудок непривычны к городской еде. Вот что… залезай-ка ты в корзину и возвращайся домой.

    — Неужто это возможно? — радостно пискнул Вилли.
    — Разумеется. Мы могли отправить тебя домой в той же корзине ещё на прошлой неделе, — раздражённо проговорил Горожанин. — Разве ты не знаешь, что каждую субботу пустую корзину отвозят обратно в деревню?

    И вот Вилли попрощался с новыми друзьями, приготовил на дорогу кусочек печенья и увядший капустный лист, незаметно забрался в корзину и после долгой тряски благополучно прибыл в свой любимый сад….

    Иногда по субботам он подходил к стоявшей у ворот плетёной корзине — залезать в неё больше не хотелось. Но и из корзины никто не вылезал, хотя Джонни, кажется, обещал, что приедет в гости.

    Миновала зима Вилли вышел из норки погреть хвостик на солнышке, понюхать фиалки и молодую весеннюю траву. Он уже почти забыл, что когда-то ездил в город…

    И вдруг на песчаной тропинке, в фиолетовом фраке, остроносых лакированных штиблетах, в безукоризненно белых носках и белом галстуке, с кожаным саквояжем в руке, появился мышонок Джонни Горожанин! Вилли встретил ею с распростёртыми объятиями.

    — Как я рад тебя видеть! — воскликнул деревенский мышонок. — Ты приехал в самое лучшее время года. Пообедаем травяным пудингом, а потом погреемся на солнышке.
    — Гм! Сыровато здесь у вас, — заметил Джонни Горожанин. Хвост он держал под мышкой, чтобы не волочить по земле и не перепачкать в грязи. Вдруг он вздрогнул:
    — Какой опасный рёв!

    — Ах это? — не сразу понял Вилли. — Просто-напросто корова. Пойду спрошу у неё молока. Это самая безобидная тварь. Но если она вздумает вздремнуть, лучше отойти в сторону. А то придавит брюхом невзначай. Ну, как там твои друзья?  
    Джонни Горожанин не стал распространяться о друзьях, но рассказал, почему приехал в самом начале весны, а не позже, когда погода устоится. Дело в том, что хозяева на Пасху уехали к морю и наказали поварихе потравить мышей.

    Повариха устроила генеральную уборку… В доме появилось четверо котят… Кошка сожрала канарейку…
    — Винят нас, но я-то знаю, кто это сделал, — повторил Джонни Горожанин. — А что теперь затарахтело?

    — Обыкновенная механическая косилка Весьма полезная штука.. Накосит травы для твоей постели. По-моему, тебе всё-таки лучше переехать в деревню, Джонни.
    — Гм, — Посмотрим, подождём до следующего вторника. Пока хозяев нет, корзину возить не будут.

    — Вот увидишь, тебе больше не захочется возвращаться в город, — сказал Вилли.
    Но Джонни уехал. Уехал с самой первой корзиной.

    — Не поминай лихом, дружище, — сказал он, — слишком уж у вас тихо.
    На вкус, на цвет товарища нет…
    А вот я люблю деревню — в точности как Вилли!