Жених – Авафка
  • Жених

     

    Описание находится в разработке.

     

     

     

     

     

     

     

     


     

    Три дня купеческая дочь
    Наташа пропадала;
    Она на двор на третью ночь
    Без памяти вбежала.
    С вопросами отец и мать
    К Наташе стали приступать.
    Наташа их не слышит,
    Дрожит и еле дышит.

    Тужила мать, тужил отец,
    И долго приступали,
    И отступились наконец,
    А тайны не узнали.
    Наташа стала, как была,
    Опять румяна, весела,
    Опять пошла с сестрами
    Сидеть за воротами.

    Раз у тесовых у ворот,
    С подружками своими,
    Сидела девица — и вот
    Промчалась перед ними
    Лихая тройка с молодцом.
    Конями, крытыми ковром,
    В санях он, стоя, правит,
    И гонит всех, и давит.

    Он, поравнявшись, поглядел,
    Наташа поглядела,
    Он вихрем мимо пролетел,
    Наташа помертвела.
    Стремглав домой она бежит.
    «Он! он! узнала! — говорит,—
    Он, точно он! держите,
    Друзья мои, спасите!»

    Печально слушает семья,
    Качая головою;
    Отец ей: «Милая моя,
    Откройся предо мною.
    Обидел кто тебя, скажи,
    Хоть только след нам укажи».
    Наташа плачет снова.
    И более ни слова.

    Наутро сваха к ним на двор
    Нежданная приходит.
    Наташу хвалит, разговор
    С отцом ее заводит:
    «У вас товар, у нас купец:
    Собою парень молодец,
    И статный, и проворный,
    Не вздорный, не зазорный.

    Богат, умен, ни перед кем
    Не кланяется в пояс,
    А как боярин между тем
    Живет, не беспокоясь;
    А подарит невесте вдруг
    И лисью шубу, и жемчуг,
    И перстни золотые,
    И платья парчевые.

    Катаясь, видел он вчера
    Ее за воротами;
    Не по рукам ли, да с двора,
    Да в церковь с образами?»
    Она сидит за пирогом
    Да речь ведет обиняком,
    А бедная невеста
    Себе не видит места.

    «Согласен,— говорит отец,—
    Ступай благополучно,
    Моя Наташа, под венец:
    Одной в светелке скучно.
    Не век девицей вековать,
    Не все касатке распевать,
    Пора гнездо устроить,
    Чтоб детушек покоить».

    Наташа к стенке уперлась
    И слово молвить хочет —
    Вдруг зарыдала, затряслась,
    И плачет, и хохочет.
    В смятенье сваха к ней бежит,
    Водой студеною поит
    И льет остаток чаши
    На голову Наташи.

    Крушится, охает семья.
    Опомнилась Наташа
    И говорит: «Послушна я,
    Святая воля ваша.
    Зовите жениха на пир.
    Пеките хлебы на весь мир,
    На славу мед варите
    Да суд на пир зовите».

    «Изволь, Наташа, ангел мой!
    Готов тебе в забаву
    Я жизнь отдать!» — И пир горой;
    Пекут, варят на славу.
    Вот гости честные нашли,
    За стол невесту повели;
    Поют подружки, плачут,
    А вот и сани скачут.

    Вот и жених — и все за стол,
    Звенят, гремят стаканы,
    Заздравный ковш кругом пошел;
    Все шумно, гости пьяны.

    Ж е н и х

    А что же, милые друзья,
    Невеста красная моя
    Не пьет, не ест, не служит:
    О чем невеста тужит?

    Невеста жениху в ответ:
    «Откроюсь наудачу.
    Душе моей покоя нет,
    И день и ночь я плачу:
    Недобрый сон меня крушит».
    Отец ей: «Что ж твой сон гласит?
    Скажи нам, что такое,
    Дитя мое родное?»

    «Мне снилось,— говорит она,—
    Зашла я в лес дремучий,
    И было поздно; чуть луна
    Светила из-за тучи;
    С тропинки сбилась я: в глуши
    Не слышно было ни души,
    И сосны лишь да ели
    Вершинами шумели.

    И вдруг, как будто наяву,
    Изба передо мною.
    Я к ней, стучу — молчат. Зову —
    Ответа нет; с мольбою
    Дверь отворила я. Вхожу —
    В избе свеча горит; гляжу —
    Везде сребро да злато,
    Все светло и богато».

    Ж е н и х

    А чем же худ, скажи, твой сон?
    Знать, жить тебе богато.

    Н е в е с т а

    Постой, сударь, не кончен он.
    На серебро, на злато,
    На сукна, коврики, парчу,
    На новгородскую камчу
    Я молча любовалась
    И диву дивовалась.

    Вдруг слышу крик и конский топ…
    Подъехали к крылечку.
    Я поскорее дверью хлоп
    И спряталась за печку.
    Вот слышу много голосов…
    Взошли двенадцать молодцов,
    И с ними голубица
    Красавица-девица.

    Взошли толпой, не поклонясь,
    Икон не замечая;
    За стол садятся, не молясь
    И шапок не снимая.
    На первом месте брат большой,
    По праву руку брат меньшой,
    По леву голубица
    Красавица-девица.

    Крик, хохот, песни, шум и звон,
    Разгульное похмелье…

    Ж е н и х

    А чем же худ, скажи, твой сон?
    Вещает он веселье.

    Н е в е с т а

    Постой, сударь, не кончен он.
    Идет похмелье, гром и звон,
    Пир весело бушует,
    Лишь девица горюет.

    Сидит, молчит, ни ест, ни пьет
    И током слезы точит,
    А старший брат свой нож берет,
    Присвистывая точит;
    Глядит на девицу-красу,
    И вдруг хватает за косу,
    Злодей девицу губит,
    Ей праву руку рубит.

    «Ну это,— говорит жених,—
    Прямая небылица!
    Но не тужи, твой сон не лих,
    Поверь, душа-девица».
    Она глядит ему в лицо.
    «А это с чьей руки кольцо?» —
    Вдруг молвила невеста,
    И все привстали с места.

    Кольцо катится и звенит,
    Жених дрожит, бледнея;
    Смутились гости.— Суд гласит:
    «Держи, вязать злодея!»
    Злодей окован, обличен
    И скоро смертию казнен.
    Прославилась Наташа!
    И вся тут песня наша.